С.И. Самойлович

Доклад на Девятых Чтениях, посвященных разработке научного наследия и развитию идей К.Э. Циолковского (Калуга, 16 – 19 сентября 1974 г.). Секция «исследование научного творчества К.Э. Циолковского».

Опубликован: С.И. Самойлович. О признании научного приоритета К.Э. Циолковского // Труды Девятых Чтений, посвященных разработке научного наследия и развитию идей К.Э. Циолковского (Калуга, 16 – 19 сентября 1974 г.). Секция «Исследование научного творчества К.Э, Циолковского». – М.: ИИЕТ АН СССР, 1975. – С. 53 – 63.

Имя Константина Эдуардовича Циолковского и его труды по аэродинамике и исследованию мировых пространств реактивными приборами теперь хорошо известны во всем мире, и по этим научным трудам вполне заслуженно за Циолковским признается приоритет в области ракетодинамики и космонавтики.

Датой, определяющей приоритет Циолковского, сам ученый считает 1903 г.: «…Несомненно мое право на приоритет начинается со времени опубликования моих работ» («Исследование мировых пространств реактивными приборами» — СС.), т.е. с 1903 года, или за 10 лет до доклада Эсно Пельтри» (1, стр.5).

Но в то время эта работа осталась незамеченной. Лишь после публикации 2-й части «Исследования…» (1911 — 1912 гг.) в поддержку идей К.Э. Циолковского о космических полетах первыми выступили В.В. Рюмин и Я.И. Перельман.

Широкое распространение идеи космических полетов и глубокое изучение теории реактивного движения стали возможными только со времени Великой Октябрьской социалистической революции, которая раскрепостила науку от религиозно-мистических пут и принесла полное признание приоритета научных трудов самоучки-ученого в молодой Советской Республике.

В 1919 г. на труды Циолковского обратил внимание известный революционер и ученый, председатель Общества любителей Мироведения Н.А. Морозов, поставивший вопрос об избрании его почетным членом «Русского Общества любителей Мироведения», от имени которого он сообщил Циолковскому: «Русское Общество Любителей Мироведения … избрало Вас, глубокоуважаемый Константин Эдуардович, своим почетным членом в знак уважения к ученым заслугам Вашим, выразившимся в Ваших трудах по физико-математическим наукам в различных их отраслях и, в частности, в области теоретического и практического воздухоплавания, в которых Вы развивали смелые и научно-обоснованные идеи, в частности, о межпланетных сообщениях, приборах, построенных по принципу ракеты» (2, л.1).

В том же 1919 г. 8 октября Калужское «Общество изучения природы и местного края» в своем приветствии Циолковскому указало на значение этого избрания: «Мы с особенной радостью приветствуем Ваше избрание Обществом Мироведения, видя в том только начало признания Ваших исследований в широких научных кругах, которые в недалеком будущем отведут Вам заслуженное и почетное место среди русской науки, среди людей, преследующих интересы не только своей нации, но и всего человечества» (3, л.4).

К.Э. Циолковский с благодарностью ответил, что жизнь человека – это жизнь во имя «высоких стремлений» и «если еще мне суждено существовать, то все силы свои я должен употребить на то, что я считаю … безмерно важным для человечества… Теперь я сознаю себя не одиноким» (4, л.1-2).
Серьезное научное ознакомление широкой общественности с идеей космических полетов началось с повести «Вне Земли» (1920 г.) и с переиздания в 1924 г. «Исследования мировых пространств реактивными приборами» 1903 года под названием «Ракета в космическое пространство».

Научная общественность нашей страны высоко оценила повесть «Вне Земли», отметив ее большое значение. Так секретарь физико-химической коллегии АССНАТА инженер Б.Б. Кажинский писал К.Э. Циолковскому 30 декабря 1922 г.: «Поражает в ней обилие теоретических данных, выкладок и выводов глубокого научного характера. Но главное отличие и ценность Вашей книги – это тот дух любви к человечеству и мощное желание добра ему, которыми проникнута вся книга» (5, л.10). В частном письме он добавил: «Ваша ракета – это первая попытка к проникновению за пределы Земли, основанная на точных научных данных» (6, л.10 об.).

Внимание к научным трудам Циолковского ознаменовалось в 1921 г. обращением в Совнарком РСФСР Коллегии Академического Центра Наркомпроса по ходатайству Калужского «Общества изучения природы и местного края» о назначении К.Э. Циолковскому персональной пенсии.

Это свое ходатайство Коллегия АЦ мотивировала большими научными заслугами К.Э. Циолковского как первооткрывателя в области авиации и космических полетов: «Более, чем за десятилетие до появления на Западе первого аэроплана, Циолковский подробно описал этот аппарат и дал цифры, касающиеся деталей его устройства. Он первый в мире наметил научно-обоснованный и технически приемлемый путь к осуществлению заатмосферного летания, создав схему аппарата для межпланетных перелетов по принципу «ракеты»… (7, л.9).

В результате этого ходатайства состоялось распоряжение Малого Совета Народных Комиссаров РСФСР 9 ноября 1921 г. «О назначении Циолковскому пожизненной усиленной пенсии» (8).

Вновь вопрос о приоритете Циолковского в области математической разработки теории реактивного движения и исследования космического пространства реактивными приборами возник в 1923 г., когда стали распространяться сенсационные сведения об изобретении в Америке аппарата для перелета на Луну, а в Германии вышла в свет теоретическая работа Г. Оберта.

Ознакомившись с работой Оберта «Ракета в межпланетное пространство» (1923 г.), Циолковский нашел много сходного со своим фантастическим произведением «Вне Земли», о чем он писал немного позже Я.И. Перельману: «У Оберта много сходства с моим «Вне Земли»: скафандры, сложная ракета, привязка на цепочку людей и предметов, черное небо, немерцающие звезды, зеркала, световая сигнализация, база кругом Земли, путешествие отсюда дальше, огибание Луны, даже масса ракеты, поднимающей людей, — 300 тонн, как у меня («Вне Земли»), изучение Луны и Земли и много другого сходного» (9, л.7).

В защиту приоритета Циолковского первым выступил журнал «В мастерской природы», редактором которого был Я.И. Перельман. В редакционной статье разъяснялось, что «принцип устройства летательного аппарата, могущего двигаться за пределами атмосферы, уже найден около 20 лет тому назад русским физиком К.Э. Циолковским (сотрудником нашего журнала)». Судя по письмам и запросам из-за границы, «не подлежит сомнению, что идеей русского изобретателя живо заинтересованы в воздухоплавательных кругах Запада» (10, стр.76). Вслед за этим в том же журнале появилась и другая редакционная статья – «Ракета к планетам», где отмечалось, что «первенство в проекте межпланетных перелетов на аппарате типа ракеты безусловно принадлежит русскому ученому К.Э. Циолковскому, еще в 1903 г. опубликовавшему (в «Научном обозрении») свое исследование об этом предмете… » (11, стр.62).

Сведения из-за границы взволновали К.Э. Циолковского. Надо защищать приоритет своей научной мысли во имя чести Советской Родины, — решил К.Э. Циолковский, — а для этого необходимо переиздать «Исследование мировых пространств реактивными приборами» 1903 года. И в 1924 г. выходит 2-е издание этой работы под заглавием «Ракета в космическое пространство». В предисловии к данной брошюре «Судьба мыслителей или двадцать лет под спудом» Циолковский довольно откровенно и категорично заявил о своем приоритете: «Дело разгорается, и я зажег этот огонь! Мой авторитет установлен… Надо не попирать больше истину…Мне нужен суд народа…» (12, стр.5).

К этой же брошюре А.Л. Чижевcкий написал предисловие на немецком языке «Anstatt eines Vorworts» — «Вместо предисловия», в котором подчеркнул без всяких колебаний, что «приоритет Циолковского в изобретении аппарата огромного научного значения… — вне всякого сомнения» (12, стр.3).

Чижевский вспоминал, что он послал профессорам Оберту и Годдарду по 10 экземпляров только что вышедшей из печати брошюры «Ракета в космическое пространство». Послал в Берлин работы К.Э. Циолковского и В.В. Ассонов, как следует из письма ученого в мае 1924 г. Ф.А. Цандеру (14). Сам же Циолковский послал эту брошюру А.Б. Шершевскому и Р. Ладеману, о чем можно судить по письмам последующих лет. Послал он ее и Я.И. Перельману и другим пропагандистам своих идей.

Борьбу за приоритет К.Э. Циолковского во имя чести Советской России поддерживал председатель ассоциации натуралистов (АССНАТа) А.П. Модестов. В статье «Изобретение К.Э. Циолковского» он отстаивал «первенство нашего известного русского изобретателя, члена Ассоциации натуралистов (союза самоучек) — тов. К.Э. Циолковского». При этом он пояснял, что «Президиум Всероссийской Ассоциации натуралистов (союза самоучек) имеет целью восстановление приоритета тов. Циолковского в разработке вопроса о реактивном приборе (ракете) для внеатмосферных и междупланетных пространств» (15, стр.7).

Эту же мысль поддержал в своей статье «Ракета к планетам» сотрудник Калужской газеты «Коммуна» Редин, закончивший ее совами: «И когда теперь, через 20 лет после крупного научного открытия, европейская наука подтверждает буквально все выводы нашего ученого, делается обидно, что у нас они пролежали столько времени под спудом» (16, стр.6).

С большой статьей «Полеты в мировое пространство» выступил и Я.И. Перельман в журнале «В мастерской природы». Он подтверждал приоритет советского ученого и особенно подчеркнул мировое значение его научного труда: «Исследование мировых пространств реактивными приборами» … было в мировой литературе единственной серьезной работой, посвященной проблеме летания в мировом пространстве» (17, стр.2-3,4), — писал он.

В 1925 г. появляется ряд интересных статей в защиту приоритета К.Э. Циолковского. Так, А.А. Базилевский связывает историю космических полетов с именем К.Э. Циолковского как первооткрывателя пути в космос. В своей статье «На Луну» он писал, что путь, намеченный «научной мыслью к разрешению проблемы заатмосферных полетов и к созданию будущих «кораблей Вселенной», … впервые указал наш русский многоталантливый ученый К.Э. Циолковский, с именем которого и будет неразрывно связана история грядущей победы могучего ума человеческого над беспредельным мировым пространством» (18, стр.1343,1346 ). Это признание мирового значения трудов Циолковского отмечалось и в других статьях: «Работы Циолковского в области воздухоплавания и, если можно так сказать, эфироплавания, пользуются заслуженной мировой известностью» — писал Е. Редин (21).

Интерес к научным идеям К.Э. Циолковского со стороны широкой общественности стал особенно возрастать в [19]30-е годы. Об этом убедительно говорят как публикации в периодической печати, так и многочисленные письма к ученому.

В 1931 г. Н.А. Рынин опубликовал свою работу «Русский изобретатель и ученый Константин Эдуардович Циолковский. Его биография, работы и ракеты», в которой он дал полный анализ его научно-творческой работы по космонавтике и, повторив уже ранее высказанное мнение о приоритете К.Э. Циолковского, многогранности и самобытности его работ, закончил категорическим утверждением: «К. Циолковский является первым не только в России, но и во всем мире, давшим научные основания теории такого полета» (22, стр.20).

С каждым годом увеличивалось количество корреспондентов великого ученого. Среди них ученые, писатели, журналисты, инженеры и т. д. Всех привлекала высокая целеустремленность и глубоко идейная его научная концепция исследования и освоения космоса – все для блага человека, народа и всего человечества во имя мирных целей.

«Вы … обладаете своего рода ясновидением и предсказываете будущее. И это предсказывание основано на твердом фундаменте науки и техники, сочетаемой с фантазией высокого полета и пронизанной идеей Космоса», — писал в июне 1931 года Н. Санютин – наблюдатель Одесской Геофизической обсерватории (23, стр.32) .

В 1931 году ученый поучил письмо из ЛенГИРДа за подписью Я.И. Перельмана: «Члены Ленинградской группы изучения реактивного движения («ЛенГИРД»), собравшиеся 13 ноября с. г. … поручили мне приветствовать в вашем лице пионера звездопавания и основоположника теории реактивного движения, еще десятилетия назад открывшего миру безграничные возможности ракетного летания и предвидевшего его будущий расцвет. Вступая ныне по вашим следам на путь практического осуществления ваших идей, работники ЛенГирда приложат все усилия к тому, чтобы возможно скорее воплотить в реальной действительности предуказания своего главного учителя» (19).

С ростом интереса к научным трудам Циолковского по исследованию мировых пространств реактивными приборами его приоритет признается и за границей.

В [19]20-е годы началась оживленная переписка К.Э. Циолковского с немецкими специалистами Р. Ладеманом, В. Леем, с жившим в Германии А.Б. Шершевским, которые высоко оценивали работы ученого, занимались пропагандой его трудов.

Немецкий ученый Г. Оберт признавал в те годы, что работы Циолковского во многом опередили его собственные мысли.

Во Франции пропагандой идей К.Э. Циолковского занимался А.А. Штернфельд, который в течение ряда лет вел большую переписку с советским ученым, публиковал свои статьи о Циолковском во французской печати. Появлялись статьи о Циолковском и в американской периодической печати.

Циолковский вел также переписку с зарубежными научными учреждениями, посылал им свои печатные работы.

Доказательством прижизненного признания трудов ученого явился его 75-летний юбилей (1932 г.), широко отмеченный в Москве и Калуге.

В Калугу поступили приветствия от многих общественных советских организаций и профсоюзов, учреждений и институтов, заводов и фабрик, ученых и писателей, студентов и рабочих Советского Союза и зарубежных ученых, всего 99 адресов, писем и телеграмм. В Калуге к юбилею был издан специальный сборник, посвященный ученому. В приветствиях многих организаций отмечались научные заслуги К.Э. Циолковского перед Родиной и всем прогрессивным человечеством как подвижника науки, героя труда в общей шеренге борцов за лучшее светлое будущее человечества и пионера в научной разработке грандиозного дела освоения Космоса.

«Мы в ГИРДе дружной работой группы воодушевленных людей продолжим изыскания в области звездоплавания, области, в которой Вы разбили вековечный лед скептицизма и неверия …, — писал юбиляру Ф.А. Цандер (28, стр.62).

От имени всех работников Комиссии содействия ученым при Совете Народных Комиссаров СССР товарищ Е. Воронов высказал добрые пожелания Циолковскому: «Будьте здоровы и дальше полны творческой энергии на пользу человечества, передовым отрядом и застрельщиком которого в суровой классовой борьбе является пролетариат и честные трудящиеся нашего Союза, а вместе с ними и Вы» (28,стр.62).

Общество Межпланетных Сообщений в Германии в своем приветствии за подписью президента Вилли Лея дало высокую оценку научной деятельности К.Э. Циолковского: «Общество межпланетных Сообщений со дня своего основания рассматривало Вас, высокоуважаемый господин Циолковский, как одного из своих духовных наставников и никогда не упускало возможности указать публично устно и в печати на Ваши высокие заслуги и ваш неоспоримый русский приоритет в научном обосновании нашей великой идеи» (28, стр.55).

Со знаменательным высказыванием о пионерском научном подвиге К.Э. Циолковского выступил профессор Н.А. Рынин своей статьей «Следопыт межпланетных путей»: «Среди многочисленных работ Циолковского наибольшую известность доставили ему как в СССР, так и за границей его труды по идее межпланетных путешествий при помощи реактивных двигателей ракет. Циолковский … впервые подошел с научной стороны к этой проблеме, проанализировал условия работы и полета ракеты, составил основное уравнение ее движения, решил его и вывел ряд заключений о наивыгоднейшем ее устройстве в полете.

В этом отношении он опередил ряд известных европейских ученых, которые позднее его стали заниматься этим же вопросом и составили такое же уравнение. Циолковского, по справедливости, можно поставить во главе ученого движения, охватывающего одну из самых грандиозных проблем, поставленных когда-либо – возможность человека отделиться от Земли, унестись в мировое пространство и, посетив планеты, вернуться на Землю». Но замечательно то, что «Циолковский в своих работах по ракетам имел в виду исключительно применение ракет на пользу и благосостояние человечества» (29).

За особые заслуги в области изобретений, имеющих огромное значение для экономической мощи и обороны Союза ССР, К.Э. Циолковский был награжден Орденом Трудового Красного Знамени.
В 1933 г. заместитель начальника ЦГИРДа т. Параев писал Циолковскому: «Советская общественность, занимающаяся реактивным движением, ценит Ваши труды и рассматривает их как величайший вклад в сокровищницу науки.

Мы подчеркиваем ваше законное право основоположника реактивного движения гордо созерцать всходы Ваших трудов – работу молодых советских энтузиастов реактивного движения, практически осуществляющих Вашу идею» (30, л.3).

Начальник РНИИ И.Т. Клейменов в письме к Циолковскому назвал его «… человеком, давшим и разработавшим основы теории реактивного движения» (31, л.1). В 1935 г. И.Т. Клейменов еще раз писал об основополагающих трудах Циолковского: «Дорогой Константин Эдуардович! … Большинство из тех, кто сейчас практически работает над ракетами, впервые познакомились с основами реактивного движения из Ваших замечательных книг, учились по ним, заражались Вашим энтузиазмом и верой в успех дела» (31, лл. 14-15).

В 1935 г. С.П. Королев подарил К.Э. Циолковскому свою книгу «Ракетный полет в стратосфере», изданную в 1934 г., в которой он подтвердил, что «основоположником и теоретиком ракетного полета справедливо считается Константин Эдуардович Циолковский» (32, стр.27).

К.Э. Циолковский силою фактов убеждался, что его идея по исследованию и освоению Космоса реактивными приборами обретает реальные черты. Эту мысль он выразил в Первомайском приветствии по радио из Калуги в 1935 г. «… Наша партия и Правительство, весь наш трудовой народ, каждый трудящийся нашей Советской Родины дружно принялись за осуществление дерзновеннейшей мечты человечества – завоевание заоблачных высот.

Небывалый подъем … Теперь … я точно уверен в том, что и моя другая мечта – межпланетные путешествия … — претворится в действительность» (20).

А в одной из своих последних статей «Полет в будущее» Циолковский с глубоким предвидением заявил: «В одном я твердо уверен – первенство будет принадлежать Советскому союзу» (13).
Поразительная дальновидность советского ученого К.Э. Циолковского нашла свое подтверждение в делах нашей Родины по мирному исследованию Космоса и планет Солнечной системы, что является бесценным наследием для всего человечества в области науки и культуры.

Литература и источники

1. К.Э. Циолковский. Исследование мировых пространств реактивными приборами (дополнение к I и II части труда того же названия). Калуга, 1914.
2. Н.А. Морозов. Письмо К.Э. Циолковскому от 5 июня 1919 г. ААН СССР, ф.555, оп.2, д.22, л.1.
3. Калужское Общество изучения природы и местного края. Письмо К.Э. Циолковскому. ААН СССР, ф.555, оп.3, д.116, лл.4-5.
4. К.Э. Циолковский. Письмо от 12 октября 1919 г. в калужское Общество изучения природы и местного края. АНН СССР, ф.555, оп.3, д.116, лл.1-2.
5. Переписка К.Э. Циолковского с АССНАТом. АНН СССР, ф.555, оп.3, д.16.
6. Научный архив Политехнического музея (НАПМ), ф.Циолковского, д.101, л.5; ААН СССР, ф.555, оп.3, д.16.
7. Коллегия Академического Центра (АЦ) Наркомпрос. Ходатайство в Совнарком о назначении К.Э. Циолковскому пенсии. Центральный Государственный архив Октябрьской революции (ЦГАОР) СССР, ф.2306, оп.1, д.511.
8. Протокол №776 Распорядительного заседания Малого Совета Народных Комиссаров от 9/XI-21 года. Архив Института марксизма-ленинизма, ф.19, д.21857.
9. К.Э. Циолковский. Письмо от 17 июня 1924 г. Я.И. Перельману. ААН СССР, ф.555, оп.4, д.17.
10. Путешествие на Марс. «В мастерской природы», 1923, №4, стр.76.
11. Ракета к планетам. «В мастерской природы», 1923, №7, стр.61-62.
12. К.Э. Циолковский. Ракета в космическое пространство. Изд.2. Калуга,1924.
13. К.Э. Циолковский. Полет в будущее. Газ. «Коммуна», 1935, №184.
14. К.Э. Циолковский. Письмо Ф.А. Цандеру. ААН СССР, ф.555, оп.4, д.670, л.5а.
15. А.П. Модестов. Изобретение К.Э. Циолковского (письмо в редакцию). «Известия», 1923, 24 октября, №243, стр.7.
16. Е.Р./един/. Ракета к планетам. Газ.«Коммуна» (Калуга), 1923, 9 ноября, №255, стр.6.
17. Я.И. Перельман. Полеты в мировое пространство. «В мастерской природы», 1924, №3, стр.1-8.
18. А.А. Базилевский. На Луну. «Вестник знания», 1925, №23-24, стр.1343-1350.
19. Письма Я.И. Перельмана к К.Э. Циолковскому. ААН СССР, ф.555, оп.4, д.482, л.63.
20. К.Э. Циолковский. М., 1939, стр.11-12.
21. Е.Р./един/. Труды К.Э. Циолковского. Газ.«Коммуна» (Калуга), 1925, 14 ноября, №259, стр.4.
22. Н.А. Рынин. Русский изобретатель и ученый Константин Эдуардович Циолковский. Его биография, работы и ракеты. Л., 1931.
23. К.Э. Циолковский. Стратоплан полуреактивный. Калуга, 1932, стр.32.
24. Б.М. Цирков. О научных связях К.Э. Циолковского и В.В. Рюмина. – «Труды III Чтений К.Э. Циолковского». Секция «Исследование научного творчества к.Э. Циолковского». М., 1969, стр.46-60.
25. С.И. Самойлович. К.Э. Циолковский и Я.И. Перельман. — Там же, стр.30-45.
26. Н.Г. Белова, Е.К. Страут. Мировое признание. – В кн.: Впереди своего века. М., 1969, стр.245-267.
27. Н.Г. Белова. Научные связи К.Э. Циолковского с зарубежными учеными. – «Труды IX Чтений К.Э. Циолковского». Секция «Исследование научного творчества К.Э. Циолковского». М., 1975, стр.33—45.
28. Константин Эдуардович Циолковский (1857-1932). М. – Л., 1932.
29. Н.А. Рынин. Следопыт межпланетных путей. «Красная газета», 1932, 2 октября.
30. Переписка К.Э. Циолковского с ЦГИРДом. ААН СССР, ф.555, оп.3, д.106.
31. Переписка к.Э. Циолковского с РНИИ. ААН СССР, ф.555, оп.3, д.108.
32. С.П. Королев. Ракетный полет в стратосфере. М., 1934.

Грани жизни и деятельности

Аптекарь, спонсор Циолковского

Богатство научно-технической мысли К.Э. Циолковского

Из истории научного наследия К.Э. Циолковского

История завещания Циолковского

К изучению темы «К.Э. Циолковский и книги»

К истории издания и распространения статьи К.Э. Циолковского «Исследование мировых пространств реактивными приборами» (1903 г.)

К.Э. Циолковский глазами кинематографистов. Из истории создания художественных фильмов о К.Э. Циолковском

К. Э. Циолковский и калужане

К.Э. Циолковский и эпоха 1860-х – 1870-х годов

К.Э. Циолковский и Я.И. Перельман

Как работал К. Э. Циолковский над проблемой создания дирижабля

Научные контакты К.Э. Циолковского в последние годы его жизни

Научные связи К. Э. Циолковского в Петербурге (Ленинграде)

Научные связи К.Э. Циолковского с зарубежными учеными

О научных связях К.Э. Циолковского и В.В. Рюмина

О научных связях К. Э. Циолковского с общественными и государственными организациями

О признании научного приоритета К.Э. Циолковского

Собрание материалов по истории «Первой мировой выставки моделей межпланетных аппаратов и механизмов» в фондах Государственного музея истории космонавтики им. К.Э. Циолковского

Циолковский и Горький

«Я был страстным учителем»

«Я такой великий человек, которого еще не было, да и не будет…»

Семья, дом, быт
К.Э. Циолковский как мыслитель
К.Э. Циолковский и русский космизм